Фавн и пастушка. Картины (Пушкин)

С пятнадцатой весною,Как лилия с зарёю,Красавица цветёт;И томное дыханье,И взоров томный свет,И груди трепетанье,И розы нежный цвет —Всё юность изменяет.Уж Лилу не пленяетВеселый хоровод:Одна у сонных вод,В лесах она таится,Вздыхает и томится,И с нею там Эрот.Когда же ночью тёмнойЕё в постеле скромнойЗастанет тихий сон,С волшебницей мечтоюИ тихою тоскоюИсполнит сердце он —И Лила в сновиденьеВкушает наслажденьеИ шепчет «О Филон!»

Кто там, в пещере темной,Вечернею порой,Окован ленью томной,Покоится с тобой?Итак, уж ты вкусилаВсе радости любви;Ты чувствуешь, о Лила,Волнение в крови,И с трепетом, смятеньем,С пылающим лицом,Ты дышишь упоеньемАмура под крылом.О жертва страсти нежной,В безмолвии гори!Покойтесь безмятежноДо пламенной зари.Для вас поток игривыйУгрюмой тьмой одетИ месяц молчаливыйТуманный свет лиет;Здесь розы наклонилисьНад вами в тёмный кров;И ветры притаились,Где царствует любовь…

Но кто там, близ пещеры,В густой траве лежит?На жертвенник ВенерыС досадой он глядит;Нагнулась меж цветамиКосматая нога;Над грустными очамиНависли два рога.То Фавн, угрюмый жительЛесов и гор крутых,Докучливый гонительПастушек молодых.Любимца Купидона —Прекрасного ФилонаДавно соперник он…В приюте сладострастьяОн слышит вздохи счастьяИ неги томный стон.В безмолвии несчастныйСтраданья чашу пьётИ в ревности напраснойГорючи слезы льёт.Но вот ночей царицаСкатилась за леса,И тихая денницаРумянит небеса;Зефиры прошептали —И Фавн в дремучий борБежит сокрыть печалиВ ущельях диких гор.

Одна поутру ЛилаНетвёрдою ногойСредь рощицы густойЗадумчиво ходила.«О, скоро ль, мрак ночной,С прекрасною лунойТы небом овладеешь?О, скоро ль, тёмный лес,В туманах засинеешьНа западе небес?»Но шорох за кустамиЕй слышится глухой,И вдруг — сверкнул очамиПред нею бог лесной!Как вешний ветерочек,Летит она в лесочек;Он гонится за ней.И трепетная ЛилаВсе тайны обнажилаМладой красы своей;И нежна грудь открыласьЛобзаньям ветерка,И стройная ногаНевольно обнажилась.Порхая над травой,Пастушка робко дышит;И Фавна за собойВсе ближе, ближе слышит.Уж чувствует онаОгонь его дыханья…Напрасны все старанья:Ты фавну суждена!Но шумная волнаКрасавицу сокрыла:Река — её могила…Нет! Лила спасена.

Эроты златокрылыИ нежный КупидонНа помощь юной ЛилыЛетят со всех сторон;Все бросили Цитеру,И мирных сёл ВенеруПо трепетным волнамНесут они в пещеру —Любви пустынный храм.Счастливец был уж там.И вот уже с ФилономВеселье пьёт она,И страсти легким стономПрервалась тишина…Спокойно дремлет ЛилаНа розах нег и сна,И луч свой угасилаЗа облаком луна.

Поникнув головою,Несчастный бог лесовОдин с вечерней тьмоюБродил у берегов.«Прости, любовь и радость! —Со вздохом молвил он. —В печали тратить младостьЯ роком осуждён!»Вдруг из лесу румяный,Шатаясь, перед нимСатир явился пьяныйС кувшином круговым;Он смутными глазамиПути домой искалИ козьими ногамиЕдва переступал;Шёл, шёл и натолкнулсяНа Фавна моего,Со смехом отшатнулся,Склонился на него…«Ты ль это, брат любезный? —Вскричал Сатир седой, —В какой стране безвестнойЯ встретился с тобой?»«Ах! — молвил Фавн уныло, —Завяли дни мои!Всё, всё мне изменило,Несчастен я в любви».«Что слышу? От АмураТы страждешь и грустишь,Малютку-бедокураИ ты боготворишь?Возможно ль? Так забвеньеВ кувшине почерпайИ чашу в утешеньеНаполни через край!»И пена засверкалаИ на краях шипит,И с первого фиалаАмур уже забыт.

Кто ж, дерзостный, владеетТвоею красотой?Неверная, кто смеетПылающей рукойБродить по груди страстной,Томиться, воздыхатьИ с Лилою прекраснойВ восторгах умирать?Итак, ты изменила?Красавица, пленяй,Спеши любить, о Лила!И снова изменяй.

Прошли восторги, счастье,Как с утром легкий сон;Где тайны сладострастья?Где нежный Палемон?О Лила! вянут розыМинутныя любви:Познай же грусть и слёзы,И ныне терны рви.В губительном стремленьеЗа годом год летит,И старость в отдаленьеКрасавице грозит.Амур уже с поклономРасстался с красотой,И вслед за КупидономВеселья скрылся рой.В лесу пастушка бродит,Печальна и одна:Кого же там находит?Вдруг Фавна зрит она.Философ козлоногийПод липою лежалИ пенистый фиал,Венком украсив роги,Лениво осушал.Хоть фавн и не находкаДля Лилы прежних лет,Но вздумала красоткаЛюбви раскинуть сеть:Подкралась, устремилаНа Фавна томный взорИ, слышал я, клонилаК развязке разговор,Но Фавн с улыбкой злою,Напеня свой фиал,Качая головою,Красавице сказал:«Нет, Лила! я в покое —Других, мой друг, лови;Есть время для любви,Для мудрости — другое.Бывало, я тобойВ безумии пленялся,Бывало, восхищалсяКоварной красотой,И сердце, тлея страстью,К тебе меня влекло.Бывало… но, по счастью,Что было — то прошло».