Цыганы (поэма — Пушкин)

Цыганы шумною толпойПо Бессарабии кочуют.Они сегодня над рекойВ шатрах изодранных ночуют.5 Как вольность, весел их ночлегИ мирный сон под небесами;Между колесами телег,Полузавешанных коврами,Горит огонь; семья кругом10 Готовит ужин; в чистом полеПасутся кони; за шатромРучной медведь лежит на воле.Всё живо посреди степей:Заботы мирные семей,15 Готовых с утром в путь недальний,И песни жен, и крик детей,И звон походной наковальни.Но вот на табор кочевойНисходит сонное молчанье,20 И слышно в тишине степнойЛишь лай собак да коней ржанье.Огни везде погашены,Спокойно всё, луна сияетОдна с небесной вышины25 И тихий табор озаряет.В шатре одном старик не спит;Он перед углями сидит,Согретый их последним жаром,И в поле дальнее глядит,30 Ночным подернутое паром.Его молоденькая дочьПошла гулять в пустынном поле.Она привыкла к резвой воле,Она придет; но вот уж ночь,35 И скоро месяц уж покинетНебес далеких облака, —Земфиры нет как нет; и стынетУбогий ужин старика.Но вот она; за нею следом40 По степи юноша спешит;Цыгану вовсе он неведом.«Отец мой, — дева говорит, —Веду я гостя; за курганомЕго в пустыне я нашла45 И в табор на́ ночь зазвала.Он хочет быть как мы цыганом;Его преследует закон,Но я ему подругой будуЕго зовут Алеко — он50 Готов идти за мною всюду».

СтарикЯ рад. Останься до утраПод сенью нашего шатраИли пробудь у нас и доле,Как ты захочешь. Я готов55 С тобой делить и хлеб и кров.Будь наш — привыкни к нашей доле,Бродящей бедности и воле —А завтра с утренней зарейВ одной телеге мы поедем;60 Примись за промысел любой:Железо куй — иль песни пойИ селы обходи с медведем.

АлекоЯ остаюсь.

ЗемфираЯ остаюсь. Он будет мой:Кто ж от меня его отгонит?65 Но поздно… месяц молодойЗашел; поля покрыты мглой,И сон меня невольно клонит.

Светло. Старик тихонько бродитВокруг безмолвного шатра.70 «Вставай, Земфира: солнце всходит,Проснись, мой гость! пора, пора!..Оставьте, дети, ложе неги!..»И с шумом высыпал народ;Шатры разобраны; телеги75 Готовы двинуться в поход.Всё вместе тронулось — и вотТолпа валит в пустых равнинах.Ослы в перекидных корзинахДетей играющих несут;80 Мужья и братья, жены, девы,И стар и млад вослед идут;Крик, шум, цыганские припевы,Медведя рев, его цепейНетерпеливое бряцанье,85 Лохмотьев ярких пестрота,Детей и старцев нагота,Собак и лай и завыванье,Волынки говор, скрып телег,Всё скудно, дико, всё нестройно,90 Но всё так живо-неспокойно,Так чуждо мертвых наших нег,Так чуждо этой жизни праздной,Как песнь рабов однообразной!

Уныло юноша глядел95 На опустелую равнинуИ грусти тайную причинуИстолковать себе не смел.С ним черноокая Земфира,Теперь он вольный житель мира,100 И солнце весело над нимПолуденной красою блещет;Что ж сердце юноши трепещет?Какой заботой он томим?

120 Подобно птичке беззаботнойИ он, изгнанник перелетный,Гнезда надежного не зналИ ни к чему не привыкал.Ему везде была дорога,125 Везде была ночлега сень;Проснувшись поутру, свой деньОн отдавал на волю Бога,И жизни не могла тревогаСмутить его сердечну лень.130 Его порой волшебной славыМанила дальная звезда;Нежданно роскошь и забавыК нему являлись иногда;Над одинокой головою135 И гром нередко грохотал;Но он беспечно под грозоюИ в вёдро ясное дремал.И жил, не признавая властиСудьбы коварной и слепой;140 Но Боже! как играли страстиЕго послушною душой!С каким волнением кипелиВ его измученной груди!Давно ль, на долго ль усмирели?145 Они проснутся: погоди!

ЗемфираСкажи, мой друг: ты не жалеешьО том, что бросил навсегда?

АлекоЧто ж бросил я?

ЗемфираЧто ж бросил я? Ты разумеешь:Людей отчизны, города.

Алеко150 О чем жалеть? Когда б ты знала,Когда бы ты воображалаНеволю душных городов!Там люди, в кучах за оградой,Не дышат утренней прохладой,155 Ни вешним запахом лугов;Любви стыдятся, мысли гонят,Торгуют волею своей,Главы пред идолами клонятИ просят денег да цепей.160 Что бросил я? Измен волненье,Предрассуждений приговор,Толпы безумное гоненьеИли блистательный позор.

ЗемфираНо там огромные палаты,165 Там разноцветные ковры,Там игры, шумные пиры,Уборы дев там так богаты!..

АлекоЧто шум веселий городских?Где нет любви, там нет веселий.170 А девы… Как ты лучше ихИ без нарядов дорогих,Без жемчугов, без ожерелий!Не изменись, мой нежный друг!А я… одно мое желанье175 С тобой делить любовь, досугИ добровольное изгнанье!

СтарикТы любишь нас, хоть и рожденСреди богатого народа.Но не всегда мила свобода180 Тому, кто к неге приучен.Меж нами есть одно преданье:Царем когда-то сослан былПолудня житель к нам в изгнанье.(Я прежде знал, но позабыл185 Его мудреное прозванье.)Он был уже летами стар,Но млад и жив душой незлобной —Имел он песен дивный дарИ голос, шуму вод подобный —190 И полюбили все его,И жил он на брегах Дуная,Не обижая никого,Людей рассказами пленяя;Не разумел он ничего,195 И слаб и робок был, как дети;Чужие люди за негоЗверей и рыб ловили в сети;Как мерзла быстрая рекаИ зимни вихри бушевали,200 Пушистой кожей покрывалиОни святаго старика;Но он к заботам жизни беднойПривыкнуть никогда не мог;Скитался он иссохший, бледный,205 Он говорил, что гневный богЕго карал за преступленье…Он ждал: придет ли избавленье.И всё несчастный тосковал,Бродя по берегам Дуная,210 Да горьки слезы проливал,Свой дальный град воспоминая,И завещал он, умирая,Чтобы на юг перенеслиЕго тоскующие кости,215 И смертью — чуждой сей землиНе успокоенные гости!

АлекоТак вот судьба твоих сынов,О Рим, о громкая держава!..Певец любви, певец богов,220 Скажи мне, что такое слава?Могильный гул, хвалебный глас,Из рода в роды звук бегущий?Или под сенью дымной кущиЦыгана дикого рассказ?

225 Прошло два лета. Так же бродятЦыганы мирною толпой;Везде по-прежнему находятГостеприимство и покой.Презрев оковы просвещенья,230 Алеко волен, как они;Он без забот и сожаленьяВедёт кочующие дни.Всё тот же он; семья всё та же;Он, прежних лет не помня даже,235 К бытью цыганскому привык.Он любит их ночлегов сени,И упоенье вечной лени,И бедный, звучный их язык.Медведь, беглец родной берлоги,240 Косматый гость его шатра,В селеньях, вдоль степной дороги,Близ молдаванского двораПеред толпою осторожнойИ тяжко пляшет, и ревет,245 И цепь докучную грызет;На посох опершись дорожный,Старик лениво в бубны бьет,Алеко с пеньем зверя водит,Земфира поселян обходит250 И дань их вольную берет.Настанет ночь; они все троеВарят нежатое пшено;Старик уснул — и всё в покое…В шатре и тихо и темно.

255 Старик на вешнем солнце греетУж остывающую кровь;У люльки дочь поет любовь.Алеко внемлет и бледнеет.

Земфира

АлекоМолчи. Мне пенье надоело,Я диких песен не люблю.

ЗемфираНе любишь? мне какое дело!270 Я песню для себя пою.

АлекоМолчи, Земфира! я доволен...

ЗемфираТак понял песню ты мою?

Алеко285 Земфира!

ЗемфираЗемфира! Ты сердиться волен,Я песню про тебя пою.

Уходит и поет: Старый муж и проч.СтарикТак, помню, помню — песня этаВо время наше сложена,Уже давно в забаву света290 Поется меж людей она.Кочуя на степях Кагула,Ее, бывало, в зимню ночьМоя певала Мариула,Перед огнем качая дочь.295 В уме моем минувши летаЧас от часу темней, темней;Но заронилась песня этаГлубоко в памяти моей.

Всё тихо; ночь. Луной украшен300 Лазурный юга небосклон,Старик Земфирой пробужден:«О мой отец! Алеко страшен.Послушай: сквозь тяжелый сонИ стонет, и рыдает он».

Старик305 Не тронь его. Храни молчанье.Слыхал я русское преданье:Теперь полунощной поройУ спящего теснит дыханьеДомашний дух; перед зарей310 Уходит он. Сиди со мной.

ЗемфираОтец мой! шепчет он: Земфира!

СтарикТебя он ищет и во сне:Ты для него дороже мира.

ЗемфираЕго любовь постыла мне.315 Мне скучно; сердце воли просит —Уж я… Но тише! слышишь? онДругое имя произносит…

СтарикЧье имя?

ЗемфираЧье имя? Слышишь? хриплый стонИ скрежет ярый!.. Как ужасно!..320 Я разбужу его…

СтарикЯ разбужу его… Напрасно,Ночного духа не гони —Уйдет и сам…

ЗемфираУйдет и сам… Он повернулся,Привстал, зовет меня… проснулся —Иду к нему — прощай, усни.

Алеко325 Где ты была?

ЗемфираГде ты была? С отцом сидела.Какой-то дух тебя томил;Во сне душа твоя терпелаМученья; ты меня страшил:Ты, сонный, скрежетал зубами330 И звал меня.

АлекоИ звал меня. Мне снилась ты.Я видел, будто между нами…Я видел страшные мечты!

ЗемфираНе верь лукавым сновиденьям.

АлекоАх, я не верю ничему:335 Ни снам, ни сладким увереньям,Ни даже сердцу твоему.

СтарикО чем, безумец молодой,О чем вздыхаешь ты всечасно?Здесь люди вольны, небо ясно,340 И жены славятся красой.Не плачь: тоска тебя погубит.

АлекоОтец, она меня не любит.

СтарикУтешься, друг: она дитя.Твое унынье безрассудно:345 Ты любишь горестно и трудно,А сердце женское — шутя.Взгляни: под отдаленным сводомГуляет вольная луна;На всю природу мимоходом350 Равно сиянье льет она.Заглянет в облако любое,Его так пышно озарит —И вот — уж перешла в другое;И то недолго посетит.355 Кто место в небе ей укажет,Примолвя: там остановись!Кто сердцу юной девы скажет:Люби одно, не изменись?Утешься.

АлекоУтешься. Как она любила!360 Как нежно преклонясь ко мне,Она в пустынной тишинеЧасы ночные проводила!Веселья детского полна,Как часто милым лепетаньем365 Иль упоительным лобзаньемМою задумчивость онаВ минуту разогнать умела!..И что ж? Земфира неверна!Моя Земфира охладела!..

Старик370 Послушай: расскажу тебеЯ повесть о самом себе.Давно, давно, когда ДунаюНе угрожал еще москаль —(Вот видишь, я припоминаю,375 Алеко, старую печаль.)Тогда боялись мы султана;А правил Буджаком пашаС высоких башен Аккермана —Я молод был; моя душа380 В то время радостно кипела;И ни одна в кудрях моихЕще сединка не белела, —Между красавиц молодыхОдна была… и долго ею,385 Как солнцем, любовался я,И наконец назвал моею…Ах, быстро молодость мояЗвездой падучею мелькнула!Но ты, пора любви, минула390 Еще быстрее: только годМеня любила Мариула.Однажды близ Кагульских водМы чуждый табор повстречали;Цыганы те, свои шатры395 Разбив близ наших у горы,Две ночи вместе ночевали.Они ушли на третью ночь, —И, брося маленькую дочь,Ушла за ними Мариула.400 Я мирно спал; заря блеснула;Проснулся я, подруги нет!Ищу, зову — пропал и след.Тоскуя, плакала Земфира,И я заплакал — с этих пор405 Постыли мне все девы мира;Меж ими никогда мой взорНе выбирал себе подруги,И одинокие досугиУже ни с кем я не делил.

Алеко410 Да как же ты не поспешилТотчас вослед неблагодарнойИ хищникам и ей коварнойКинжала в сердце не вонзил?

СтарикК чему? вольнее птицы младость;415 Кто в силах удержать любовь?Чредою всем дается радость;Что было, то не будет вновь.

АлекоЯ не таков. Нет, я не споряОт прав моих не откажусь!420 Или хоть мщеньем наслажусь.О нет! когда б над бездной моряНашел я спящего врага,Клянусь, и тут моя ногаНе пощадила бы злодея;425 Я в волны моря, не бледнея,И беззащитного б толкнул;Внезапный ужас пробужденьяСвирепым смехом упрекнул,И долго мне его паденья430 Смешон и сладок был бы гул.

Молодой цыганЕще одно... одно лобзанье...

ЗемфираПора: мой муж ревнив и зол.

ЦыганОдно... но доле!.. на прощанье.

ЗемфираПрощай, покамест не пришел.

Цыган435 Скажи — когда ж опять свиданье?

ЗемфираСегодня, как зайдет луна,Там, за курганом над могилой...

ЦыганОбманет! не придет она!

ЗемфираВот он! беги!.. Приду, мой милый.

440 Алеко спит. В его умеВиденье смутное играет;Он, с криком пробудясь во тьме,Ревниво руку простирает;Но обробелая рука445 Покровы хладные хватает —Его подруга далека…Он с трепетом привстал и внемлет…Всё тихо — страх его объемлет,По нем текут и жар и хлад;450 Встает он, из шатра выходит,Вокруг телег, ужасен, бродит;Спокойно всё; поля молчат;Темно; луна зашла в туманы,Чуть брезжит звезд неверный свет,455 Чуть по росе приметный следВедет за дальные курганы:Нетерпеливо он идет,Куда зловещий след ведет.Могила на краю дороги460 Вдали белеет перед ним…Туда слабеющие ногиВлачит, предчувствием томим,Дрожат уста, дрожат колени,Идет… и вдруг… иль это сон?465 Вдруг видит близкие две тениИ близкой шепот слышит он —Над обесславленной могилой.

1-й голосПора…

2-й голосПора… Постой…

1-й голосПора… Постой… Пора, мой милый.

2-й голосНет, нет, постой, дождемся дня.

1-й голос470 Уж поздно.

2-й голосУж поздно. Как ты робко любишь.Минуту!

1-й голосМинуту! Ты меня погубишь.

2-й голосМинуту!

1-й голосМинуту! Если без меняПроснется муж?..

АлекоПроснется муж?.. Проснулся я.Куда вы! не спешите оба;475 Вам хорошо и здесь у гроба.

ЗемфираМой друг, беги, беги...

АлекоМой друг, беги, беги... Постой!Куда, красавец молодой?Лежи!

Вонзает в него нож.ЗемфираЛежи! Алеко!

ЦыганЛежи! Алеко! Умираю…

ЗемфираАлеко, ты убьешь его!480 Взгляни: ты весь обрызган кровью!О, что ты сделал?

АлекоО, что ты сделал? Ничего.Теперь дыши его любовью.

ЗемфираНет, полно, не боюсь тебя! —Твои угрозы презираю,485 Твое убийство проклинаю…

АлекоУмри ж и ты!

Поражает ее.ЗемфираУмри ж и ты! Умру любя…

Восток, денницей озаренный,Сиял. Алеко за холмом,С ножом в руках, окровавленный490 Сидел на камне гробовом.Два трупа перед ним лежали;Убийца страшен был лицом.Цыганы робко окружалиЕго встревоженной толпой.495 Могилу в стороне копали.Шли жены скорбной чередойИ в очи мертвых целовали.Старик-отец один сиделИ на погибшую глядел500 В немом бездействии печали;Подняли трупы, понеслиИ в лоно хладное землиЧету младую положили.Алеко издали смотрел505 На всё… когда же их закрылиПоследней горстию земной,Он молча, медленно склонилсяИ с камня на траву свалился.Тогда старик, приближась, рек:510 «Оставь нас, гордый человек!Мы дики; нет у нас законов,Мы не терзаем, не казним —Не нужно крови нам и стонов —Но жить с убийцей не хотим…515 Ты не рожден для дикой доли,Ты для себя лишь хочешь воли;Ужасен нам твой будет глас:Мы робки и добры душою,Ты зол и смел — оставь же нас,520 Прости, да будет мир с тобою».Сказал — и шумною толпоюПоднялся табор кочевойС долины страшного ночлега.И скоро всё в дали степной525 Сокрылось; лишь одна телега,Убогим крытая ковром,Стояла в поле роковом.Так иногда перед зимою,Туманной, утренней порою,530 Когда подъемлется с полейСтаница поздних журавлейИ с криком вдаль на юг несется,Пронзенный гибельным свинцомОдин печально остается,535 Повиснув раненым крылом.Настала ночь: в телеге темнойОгня никто не разложил,Никто под крышею подъемнойДо утра сном не опочил.

540 Волшебной силой песнопеньяВ туманной памяти моейТак оживляются виденьяТо светлых, то печальных дней.В стране, где долго, долго брани545 Ужасный гул не умолкал,Где повелительные граниСтамбулу русский указал,Где старый наш орел двуглавыйЕще шумит минувшей славой,550 Встречал я посреди степейНад рубежами древних становТелеги мирные цыганов,Смиренной вольности детей.За их ленивыми толпами555 В пустынях часто я бродил,Простую пищу их делилИ засыпал пред их огнями.В походах медленных любилИх песен радостные гулы —560 И долго милой МариулыЯ имя нежное твердил.Но счастья нет и между вами,Природы бедные сыны!..И под издранными шатрами565 Живут мучительные сны,И ваши сени кочевыеВ пустынях не спаслись от бед,И всюду страсти роковые,И от судеб защиты нет.