Который из двух — 1900

Рассказ относится к началу термидора.Последние лучи кровавого террораЗажглись над городом, гремел последний гром.И смерть являлася едва ль не в каждый дом.Не прекращалася работа гильотины,Но страха не было пред близостью кончины.Всех обвиняемых в тюрьме КонсьержериСчиталось до трехсот. С сиянием зариК ним утро каждое являлся безобразныйИ пьяный секретарь. Читая список грязныйОхрипшим голосом, он вызывал того,За кем приехала телега роковая.И обвиняемый, поспешно обнимаяОставшихся друзей и на призыв егоОтветив твёрдо: «здесь»! на плаху шёл спокойно;В то время умирать умели все достойно:Простые буржуа, дворяне и народ —Бестрепетно все шли на эшафот.

Однажды секретарь, со списком осуждённыхВсегда являвшийся в темнице поутру,В бумагу заглянув, промолвил: — Шарль-Леру! —И сразу не один, а двое заключённыхОткликнулись на зов. Обоих звали так.

Расхохотался он. — Попался я впросак!Которого же брать?В костюме небогатом,Один из них, судя по важности манерИ виду общему, казался депутатом.Другой же — молодой, блестящий офицер —Глядел вокруг себя спокойно гордым взглядом.Перед чиновником они стояли рядом.— Вы оба носите прозвание одно?— Мы оба смерти ждём. —Так я возьму любого! —Но тут же посланный расхохотался снова:— А впрочем, граждане, мне это всё равно,И вы промеж себя устраивайтесь сами;…Да только поскорей: Сансон не за горами! —

Беседа их была проста и коротка.Цветущий юноша спросил у старика:— Женаты?Да, женат. —— А сколько деток? —— Трое! —— Скорей! — ворчал писец: — болтаете пустое! —Но твёрдо офицер тут вышел из рядов:— Я осуждён на казнь. Идёмте… Я готов! —

1894 г.