Отрава. Триолеты (Сологуб)

Fiodor Sołogub (1863–1927)

Какое горькое питьё!Какая терпкая отрава!Любовь обманчива, как слава.Какое горькое питьё!Всё, всё томление моёНичтожно, тщетно и неправо.Какое горькое питьё!Какая терпкая отрава!

Отдыхая в тёплой ванне,Кровь мою с водой смесить,Вены на руках открыть,И забыться в тёплой ванне, —Что же может быть желанней?И о чём ещё молить?Отдыхая в тёплой ванне,Кровь мою с водой смесить.

Какая смена настроений!Какая дьявольская смесь!Пылаю там и стыну здесь.Какая смена настроений,Успокоений и волнений!Весь кубок пёстрой жизни, весь!Какая смена настроений!Какая дьявольская смесь!

Надо жить с людьми чужими.Только сам себе я свой,И доколе я живой,Надо жить с людьми чужими,Ах, не всё ль равно с какими!Уж таков мой рок земной, —Надо жить с людьми чужими.Только сам себе я свой.

Лукавый хохот гнусных бабМеня зарёю ранней встретил.Смеются: «Что же ты не светел?»Лукавый хохот гнусных бабНапомнил мне, что, снова раб,Я непомерный путь наметил.Лукавый хохот гнусных бабМеня зарёю ранней встретил.

Сплетеньем роз венчайте милых жён,Но дев терзайте чаще и больнее,Чтоб девы были строже и сильнее.Сплетеньем роз венчайте милых жён, —Трудами их союз наш освящён,А девы волн лукавей и вольнее.Сплетеньем роз венчайте милых жён,А дев терзайте чаще и больнее.

Себе я покупаю смерть,Как покупают апельсины.Вон там, во глубине долины,Моя уже таится смерть.Желта, худа она, как жердь,И вся из малярийной глины, —Покорно выбираю смерть,Как выбирают апельсины.

Ты пришла ко мне с наборомУтомлённо-сонных трав.Сок их сладок и лукав.Ты пришла ко мне с наборомТрав, с нашёптом, с наговором,С хитрой прелестью отрав.Ты пришла ко мне с наборомУтомлённо-сонных трав.

О, безмерная усталость!Пой на камнях, на дорогеО любви, о светлом Боге,И зови, моя усталость,На людей Господню жалость.В несмолкающей тревогеПой, безмерная усталость,И влекися по дороге.

Ниву спелую волнуешь,Сердце тёмное тревожишь,Но умчать с собой не можешь.Ты недвижное волнуешь,Ты стремленье знаменуешь,Но томленья только множишь.Неподвижное волнуешь,Утомлённое тревожишь.

Аллеею уродливых берёзМы шли вблизи сурового забора,Не заводя медлительного спора.Аллеею уродливых берёзВдоль колеи, где влёкся грузный воз,Боясь чего-то, шли мы слишком скоро.Аллеею уродливых берёзБыл скучен путь вдоль тёмного забора.

В иных веках, в иной отчизне,О, если б столько людям яДал чародейного питья!В иных веках, в иной отчизнеМоей трудолюбивой жизниДивился б строгий судия.В иных веках, в иной отчизнеКак нежно славим был бы я!

Мои томительные дниОмрачены жестокой бранью,Моих сограждан щедрой данью.Мои томительные дни —В ночи медлительной огниОт ожиданий к увяданью.Мои томительные дниРоссия омрачила бранью.

«Солнце, которому больно!Что за нелепая ложь!Где ты на небе найдёшьСолнце, которому больно?» —«Солнце, смеяться довольно!Если во мне ты поёшь,Разве ж поёшь ты безбольно?Разве же боль эта — ложь?»

Ты сжёг мою умильную красу,Жестокий лик пылающего бога,Но у меня цветов и красок много,И новую, багряную красуЯ над листвой поблеклой вознесу,Чтоб не тужила гулкая дорога,И пусть мою умильную красуСожгло пыланье яростного бога.

Ночь настала рано.Рано, рано спать,—Но кого ж распять,Чтоб наставший раноМрак живая ранаСтала колебать?Ночь настала рано.Рано, рано спать.