К успокоению (Гейне; Тынянов)

Мы спим, как некогда Брут. Но все жПроснулся он и холодный ножЦезарю в грудь вонзил средь сената!Тираноедом был Рим когда-то.

Не римляне мы, мы курим табак.Каждый народ устроен так —Свои у каждого вкус и значенье;В Швабии варят отлично варенье.

Германцы мы, каждый смел и терпим.Здоровым, растительным сном мы спим.Когда же проснемся, мы жаждою страждем,Но только не крови тиранов мы жаждем.

Каждый у нас верен, как дуб,Как липовый дуб, и сам себе люб,В стране дубов и лип как будтоТрудно когда-нибудь встретить Брута.

А если б у нас и нашелся Брут,Так Цезаря он не сыскал бы тут,Искал бы Цезаря он напрасно;Пряники наши пекутся прекрасно.

У нас есть тридцать шесть владык,(Не много!), и каждый из них привыкЗвезду у сердца носить с опаской,И мартовы иды ему не указка.

Отцами зовем мы их всякий раз,Отчизна же — та страна у нас,Которой владеет их род единый;Мы любим также капусту с свининой.

Когда отец наш гулять идет,Мы шляпы снимаем — отцу наш почет;Германия — набожный ребенок,Это тебе не римский подонок.