Ткачи (Андрусон)

Колеса вертятся. Машины стучать.Челны по основам снуют.Глаза за движением нитей следятИ руки без устали ткут.

А нити ползут да ползут без конца.Устали мы. В оба гляди! Устали…Пот градом струится с лица,Дыханье спирает в груди.

И жарко и душно. Не жизнь это — ад.В грудь молотом сердце стучит.Машины грохочут, стучат и гремят.Ткут руки… Работа кипит…

А там, за стеной, далеко-далеко —Леса и раздолье полей.Там дышится груди привольно-легкоПод тенью зеленых ветвей.

Прохладно в тени на опушке леснойИ тихо, так тихо кругом.Волнуется рожь. Тучки светлой грядойВ просторе плывут голубом…

На волю, на волю из душной тюрьмыБессонных забот и труда!..Машины стучат: никогда, никогда!..Здесь вечные узники мы.

Как в бешеной пляске колеса бегут,Ремни, извиваясь, шипят,Проклятые нити ползут да ползут,Машины хохочут, гремят:

Бесплодные думы, пустые мечтыЛеса и раздолье полей.Не люди вы, дети больной суеты,Вы — бледные тени людей.

Бесплодные думы, пустые мечты…Сырые подвалы, нужда,Да холод, да голод, позор нищеты,Вот — плата за муки труда…

Ни смеха, ни песен… Порою в глазахБессильная злоба блеснет,Слеза задрожит; на бескровных губахБессильно проклятье замрет

Да руки с угрозой сожмутся и ткут.Мы ткем, мы без устали ткем.Проклятые нити ползут да ползут,Бежит и спешит все кругом.

Скорее, скорей! — погоняют станкиМогучие взмахи колес…А в сердце так много безумной тоски,Так много отчаянных слез…

Скорее!… И тело и воля в цепях…Покорно мы ткем… А потом,Как силы не станет в иссохших рукаМы в грязных подвалах умрем…

Ткем… Тучи удушливой пыли висятНад нами, дрожат и плывут…Колеса вертятся… Машины стучат…Проклятые нити ползут.